Сейчас, в разгар рождественских каникул, мы находимся примерно в центре второго года перехода на эстоноязычное обучение. Реформа, которая должна объединить школы, по‑прежнему испытывает на прочность и педагогов, и директоров, и саму систему. В классах - напряжение, в учительских - усталость, а в министерстве - уверенность, что все идет по плану. Министр образования и науки Кристина Каллас признает: во второй год некоторые признаки адаптации к изменениям все же присутствуют.

"В первый год, поскольку было много непонятного и все это было новой ситуацией - для учителей в основном, это было трудно, эмоционально и утомительно. Учителя должны были намного больше подготавливаться к урокам. Второй год уже легче, потому что материалы подготовлены, нагрузка чуть-чуть становится меньше. Плюс еще и дети подходят те, которые уже чуть-чуть больше знают эстонский и которые уже больше привыкли к тому, что они учатся на эстонском языке. То есть с каждым годом это становится легче. Но мы не можем сказать, что мы уже перешли границу, где у нас легко. Мы еще все-таки на том этапе, где нам трудно", - заявила Каллас.

По мнению Каллас, уже через пару лет станет легче. Но пока это скорее надежда, чем реальность. Система ждет тех самых "подготовленных" детей, которые должны стать спасательным кругом реформы.

"Когда у нас в школах появятся дети, которые прошли через садик на эстонском языке. Тогда уже пройдет легче", - отметила министр.

Однако непосредственные участники процесса, например нынешний вице-мэр столицы по вопросам образования Андрей Канте, большую часть текущего года возглавлявший одну из таллиннских школ, с министром согласны лишь отчасти.

"Я не могу сказать, что было легче, потому что мы осознаем всю ответственность по происходящему в 5-х классах и, естественно, там есть достаточные пробелы в знаниях. И мы все это время занимались тем, чтобы предложить детям индивидуальный подход для того, чтобы решить эти проблемы", - рассказал Канте.

Помимо решения текущих проблем с успеваемостью, педагогам пришлось по-прежнему много внимания уделять подготовке к урокам. Но здесь во второй год перехода все же удалось шагнуть вперед.

"У нас теперь создан портал, где мы собрали материалы всех учителей, которые согласны были ими поделиться с другими учителями. Чтобы снизить нагрузку на педагогов за счет подготовки к урокам".

Вопрос нагрузки на учителей стоял в этом году не менее остро, чем зарплатные ожидания. Последние - правда, не только цифры, но и статусные определения, были объединены в масштабный законопроект, регулирующий положения карьерной модели учителей. Реформа, которая должна была вдохнуть в профессию новую энергию, рискует разочаровать тех, кто держит систему на своих плечах десятилетиями.

"Конечно, вызывает очень много вопросов именно эта карьерная модель, будем разбираться, что называется, по пути. Есть темы, которые, почему-то, не поднимаются - это судьба учителей, которые преподают эстонский как второй язык. Этих специалистов - эстонских филологов, которые могли бы преподавать в том числе и литературу, на самом деле нет. И у меня возникает вопрос, почему до сих пор государство не отреагировало на эту проблему и нет соответствующего заказа у университетов для того, чтобы те учителя, которые в системе есть, могли бы дополнительно получить какие-то возможности по переобучению или по дополнительному обучению", - отметил Канте.

Критика в адрес карьерной модели сводилась и к тому, что новые положения закона позволят платить не соответствующим квалификации учителям государственную минимальную зарплату. Но Канте уверен: систематический кадровый голод не позволит директорам школ лишить учителей достойного дохода.

"Директора стремятся к тому, чтобы случайных людей в системе не было. Но из-за этого кадрового голода, конечно, в системе есть очень много неподготовленных людей. На мой взгляд, сегодня сделано абсолютно неправильно, что именно директор должен определять минимальную ставку оплаты труда для неквалифицированного учителя. Все-таки она могла бы быть зафиксированной на уровне государства. Не получится ли так, что за счет неквалифицированных учителей мы сможем поднимать зарплату квалифицированным? Такой эффект сообщающихся сосудов не должен присутствовать в системе образования", - высказался Канте.

Несмотря на сложности, в школах все чаще говорят не только о проблемах, но и о перспективах. Например, завуч начальных классов Таллиннской гуманитарной гимназии Ольга Маркова считает, что ключ к успеху реформы образования - в большей заинтересованности со стороны эстоноязычных родителей.

"На самом деле было бы очень интересно целый класс эстоноязычных детей в школе. Это очень хороший эксперимент и большая возможность. И было бы хорошо, чтобы эстонские родители не боялись, например, отправлять своих детей в такие школы перехода", - сказала Маркова.