Турция, Пакистан и Саудовская Аравия 7 августа заключили соглашение о совместной обороне, подразумевающее, что нападение на одно государство будет считаться нападением на всех. Документ подписали в Мекке наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Сальман, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф.

Мекканский пакт между тремя странами с преимущественно суннитским населением призван, по оценкам наблюдателей, укрепить сотрудничество в условиях региональной нестабильности и угроз, связанных с войной США против Ирана.

Союз возник на фоне растущей неопределенности в регионе

По оценке политолога Кармо Тюйра, появление такого союза отражает изменения в мировой системе безопасности, где региональные игроки все меньше готовы полагаться на Соединенные Штаты как на гаранта стабильности. 

"Когда доминант слабеет в общей системе, остальные участники начинают смотреть друг на друга и прикидывать, как снижать риски и предотвращать возможные угрозы. С одной стороны, да, это ненадежность Соединенных Штатов, которые могут вмешаться куда угодно, но могут и этого не делать. Просыпается утром один человек там далеко и говорит: нет-нет-нет, мы не будем, а после обеда говорит: мы все-таки будем. Это вот ненадежность предыдущего доминанта. На этом фоне появляются местные очаги напряженности, рост локальных угроз. Это подталкивает региональные силы брать ответственность на себя", – отметил политолог.

При этом, по словам Тюйра, пока не существует однозначного ответа на вопрос, ради чего именно создавался новый союз.

"Если смотреть на карту, эти три страны, как ни странно, не имеют общей границы. Обычно подобные союзы создаются между соседями. При этом оказывается, что у них у всех есть общая граница с Ираном, и они как будто хотят решить проблему агрессии, которая исходит от Ирана", – сказал политолог.

Однако это не единственное возможное объяснение. По словам Тюйра, поскольку речь идет о подчеркнуто мусульманском объединении, создается впечатление, что соглашение было заключено в противовес Израилю. Впрочем, и эта версия вызывает вопросы, поскольку Пакистан находится слишком далеко, и его прямой интерес к израильскому направлению не столь очевиден.

Политолог также не исключил, что в появлении альянса может быть косвенно заинтересован Китай. Пакистан остается одним из стратегических союзников Пекина, а новый формат сотрудничества мог бы способствовать обеспечению безопасности важнейших морских путей.

Сравнение с НАТО пока выглядит преждевременным

Новый пакт уже начали сравнивать с НАТО. Поводом стала заявленная участниками готовность рассматривать нападение на одного члена как нападение на всех. Однако, по мнению Тюйра, такое сопоставление пока остается весьма условным.

"Это очень-очень-очень слабое сравнение, потому что нет ни военной структуры, ни объединенного руководства, ни натренированных каких-то объединений, они не проводят совместные учения и так далее", – сказал он. 

Эксперт считает, главным испытанием для альянса могут стать не внешние противники, а противоречия внутри исламского мира. По его словам, идея мусульманского единства обсуждается давно, однако наиболее жесткие конфликты зачастую возникают именно между различными течениями ислама. 

"Самые большие конфликты, разломы, недопонимания и, вообще, злоба возникают внутри мусульманского мира, потому что он разделен на две крупные группы, сунниты и шииты, плюс там я не знаю, сколько этих малых групп, которые тоже друг друга знать не хотят. Самые большие опасности, против которых надо воевать и учитывать, у кого какие ресурсы, исходят не из внешнего мира, а находятся внутри самого исламского мира", – пояснилТюйр.