Проверка, инициированная канцлером права установила, что государственные органы получают доступ к конфиденциальной банковской информации граждан через регистр исполнительного производства, не имея для этого достаточных правовых оснований. Особенно много запросов поступает со стороны Департамента полиции и погранохраны - около 30 000. Однако большая цифра объясняется тем, что с одним человеком может быть связано несколько запросов.

"Те запросы, которые были упомянуты в обзоре канцлера права, касаются примерно 2200 уголовных производств. Это значит, что такие запросы направляются в разные финансовые учреждения, и в рамках одного уголовного дела на одного человека может быть сделано довольно много запросов, чтобы установить, в каком кредитном учреждении у него есть счет и какие данные по счету доступны", - пояснил "Актуальной камере" гендиректор Департамента полиции и пограничной охраны Эгерт Беличев.

По словам председателя специальной комиссии Рийгикогу Марис Лаури, совместное заседание комиссий внесло ясность, для чего и как ведомства используют банковские данные, хотя некоторые вопросы все еще требуют уточнения, чтобы повысить доверие общества.

"Одно дело - когда запрашивают информацию о наличии банковского счета, о сумме на нем и о владельце. Совсем другое дело - когда запрашивают выписку со счета. Это чувствительная тема, которая требует серьезного обсуждения и более точного регулирования. Рийгикогу должен обсудить, в каких случаях такие запросы можно делать, как должен проходить этот процесс и как обеспечивается надзор", - сказал Лаури.

В Финансовой инспекции уверены, что все регуляции должны быть закреплены на уровне закона.

"Банковская тайна и банковский счет должны быть под такой же защитой, как и наши дома. Банковский счет - это наш финансовый дом. Нельзя, чтобы кто-то пришел туда посмотреть и проверить что-то без ведома других. Все должно быть прозрачно и контролируемо. И если сейчас это невозможно сделать в соответствии с законом, то в закон необходимо внести соответствующие изменения", - отметил председатель правления Финансовой инспекции Килвар Кесслер.

Ранее в минюсте предложили ввести обязательное отслеживание данных, чтобы каждый человек мог выяснить, кто, почему и когда смотрел его личные данные. В полиции к такой идее отнеслись скептически.

"Все зависит от конкретного случая. Если мы хотим эффективно вести уголовное производство, то зачастую человек не должен узнавать об этом до проведения публичных процессуальных действий. Причина вполне ясна: в рамках уголовного дела доказательства формируют единое целое, и если подозреваемый узнает, что государственный орган осведомлен о его возможном противоправном деянии, эти доказательства могут быть уничтожены", - сказал Беличев.