Хотя снижение заболеваемости туберкулёзом остановилось в 2023 году, сейчас уровень заболеваемости в Эстонии находится на самом низком уровне за всю историю. В прошлом году было зарегистрировано 90 случаев туберкулёза, большинство из которых – первичные. В этом году по состоянию на август зарегистрировано 55 случаев.

"За эти годы была проделана очень и очень хорошая работа, и результатом всей этой работы является то, что уровень заболеваемости с каждым годом снижается всё больше и больше, так что мы превращаемся из страны с высоким риском туберкулёза в страну с низким риском", – сказала руководитель отдела политики профилактики инфекционных заболеваний Министерства социальных дел Керли Рейнтамм-Гуцан.

Институт развития здоровья (TAI) отвечает за организацию профилактики и лечения туберкулеза и ведет регистр заболеваний туберкулезом. Руководитель отдела регистров TAI Пирет Вийклепп отмечает, что туберкулез протекает не так, как многие другие инфекционные заболевания, поэтому масштабы его распространения невозможно оценить так же, как, например, гриппа.

"Это не похоже на детскую инфекцию, когда, если кто-то заболел в детском саду, инфекция передаётся, инкубационный период составляет три недели, и человек сразу заболевает. Туберкулёзом можно заболеть сразу, но можно и через несколько лет. Чем меньше людей болеют, тем меньше инфекция распространяется, но может быть и так, человек сразу не заболеет, а заболеет в пожилом возрасте. Он контактировал с инфекцией в детстве, был здоровым, будучи взрослым, а теперь он стареет, перенёс несколько болезней и заболевает. Не все инфицированные заболевают, но некоторые заболевают спустя годы".

Вийклепп отметил, что туберкулёз – особенно опасное инфекционное заболевание, поскольку его заразная форма, туберкулёз лёгких, заражает другого человека воздушно-капельным путём. Но как обычный человек может защитить себя в общественном месте, например, в автобусе?

"Не дышать", – быстро ответил Вийклеп, что, конечно же, шутка, ведь на самом деле, чтобы заразиться туберкулёзом, нужно находиться в одной комнате намного дольше.

"Что можно сделать: если у члена семьи кашель, и если обычный вирусный кашель не проходит, направьте его к врачу. Не допускайте на работу коллег с кашлем и простудой", – подчеркнула она, отметив, что пандемия COVID принесла как минимум одно хорошее изменение: люди стали реже ходить на работу больными.

Этим она также опровергает миф о том, что туберкулёзом болеют только живущие в плохих жилищных условиях люди, например, бездомные или пьющие. По её словам, в какой-то момент заболевают те, у кого слабое здоровье. Некоторые из них могут быть действительно расстроены из-за своего образа жизни или употребления наркотических веществ, но есть и другие, у которых слабое здоровье.

"Самые слабые – пожилые. Самые слабые – те, у кого есть сопутствующие заболевания. Сегодняшние новые группы риска – это те, кто получает лечение, влияющее на иммунитет, и эти люди более восприимчивы к туберкулёзу. Поэтому группы риска – это очень широкое понятие", – пояснила Вийклепп.

Первые в Евросоюзе по лекарственной устойчивости

По словам Керли Рейнтамм-Гуцан, единственная серьёзная проблема с туберкулёзом на данный момент заключается в том, что многие формы туберкулёза, так сказать, не поддаются традиционному лечению. Мы находимся на переднем крае Европейского союза по устойчивости к лекарственным средствам. Вийклепп отметила, что это обусловлено различными обстоятельствами.

"Либо человек отказался от лечения, потому что не чувствует себя больным, либо в стране есть некачественные лекарства. У нас этой проблемы больше нет, но когда-то, в конце советского периода и в начале восстановления Эстонии, она, возможно, была".

По её словам, ещё одной причиной лекарственной устойчивости является использование неправильных комбинаций препаратов при лечении туберкулёза. Чтобы предотвратить это, в Эстонии создана экспертная группа или консилиум по лечению туберкулёза, который консультирует всех врачей, занимающихся лечением туберкулёза.

"Туберкулёз невозможно лечить одним препаратом, потому что возбудитель привыкает к нему, и болезнь становится невозможно контролировать. Если у нас так называемый распространённый туберкулёз, чувствительный ко всем препаратам, то его лечат 4–6 месяцев комбинацией из четырёх препаратов. Если это лекарственно-устойчивая форма, то 4–6 препаратов в течение 6–12 месяцев, а иногда и дольше. В Эстонии хорошо то, что все, у кого диагностирован туберкулёз, проходят тестирование на лекарственную устойчивость. Мы стараемся, чтобы каждый пациент мог получить именно то лечение, которое подходит именно его возбудителю", – сказала Вийклепп.

На государственном уровне борьба с туберкулезом разделена между несколькими учреждениями. Институт развития здоровья сотрудничает с Департаментом здоровья при необходимости сдерживания распространения заболевания. Лечение финансируется из фонда Кассы здоровья. Департамент здоровья занимается в основном инфекционными заболеваниями, а туберкулез курирует только TAI.

"Сбор данных для регистра туберкулеза имеет совершенно иную специфику по сравнению с некоторыми другими заболеваниями: диагностика этого инфекционного заболевания требует времени и т.д., поэтому существуют определенные особенности, поэтому он пока остается в ведении Института развития здоровья", – пояснила Рейнтамм-Гуцан.

Пирет Вийклепп добавила: "Институт развития здоровья разработал программу по борьбе с туберкулезом в первые годы существования Эстонской Республики. Были созданы система референтных лабораторий и система непосредственного наблюдения за пациентами, обучены врачи и медсестры. Если бы она сейчас работала как следует, мы могли бы передать эту услугу Департаменту здоровья. Однако регистр туберкулеза отличается от регистра инфекционных заболеваний тем, что мы также собираем данные о результатах лечения. Нас интересует не только, кто заболел, но и выздоровели ли они".

Министерство социальных дел действительно рассматривает в рамках предложений по повышению эффективности возможность распределения некоторых мероприятий, связанных с туберкулезом, между другими учреждениями, например, в рамках консилиума врачей, финансируемого Кассой здоровья. В данном случае также анализируется, нужна ли вообще такая отдельная экспертная группа.