- Интервью Алара Кариса для Euronews вновь подняло вопрос о том, насколько едина внешняя политика Эстонии. Вы только что посетили Украину. Чем вам пришлось заниматься после того, как Карис дал это интервью и из этого возникли неоднозначные сигналы?

- Действительно, вся эта история прискорбна и, можно сказать, даже печальна. У Эстонии была очень четкая внешняя политика в отношении российской агрессии. И она имеет более широкую основу. Мы знаем с 2008 года, когда началась война в Грузии, затем в 2014 году война против Украины и в 2022 – полномасштабная война, что планы [президента России Владимира] Путина касаются не только Украины, но и нас, и Европы. И единственный способ его остановить – это давление, санкции и поддержка Украины.

Принцип территориальной целостности – это то, на чем базировалась вся внешняя политика Эстонии с 1991 года. И когда президент говорит о необходимости начать переговоры с Москвой, искать какой-то другой путь, фактически ослабить санкции, поскольку, по его мнению, санкционная политика не работает, а возможно, отдать некоторые территории, то, честно говоря, мне очень трудно смотреть украинцам в глаза в такой момент.

У меня спрашивали на довольно высоком уровне: изменила ли Эстония свою внешнюю политику? Сдает ли она тихо свои позиции как один из самых последовательных и активных сторонников Украины? Мне пришлось пояснить, что нет – Эстония действует очень четко в этом направлении.

Разговоры о специальном представителе для Москвы идут постоянно, но в ближайшее время этого не будет, как я считаю. Меня больше беспокоят разговоры о том, что давление на Россию якобы не сработало и теперь Украине нужно отдать территории или мы должны ослабить санкции. Реальное положение дел иное – экономика России страдает.

Президент [Украины Владимир] Зеленский посмотрел мне в глаза и сказал, что он президент Украины, и у него нет намерения отдавать территории. Украинцы такое даже не рассматривают. Он также ясно попросил Эстонию усилить европейские санкции.

- После выхода интервью и поднявшейся из-за этого бури у вас была возможность лично поговорить с президентом Карисом?

- Я вернулся в Эстонию только в субботу (7 февраля – прим. ред.) утром, и, конечно, мы пообщаемся. Но разговоры о том, что коммуникация не работает, не серьезны. Внешняя политика Эстонии в вопросе российской агрессии против Украины была четкой в течение четырех лет.

Кроме того, у нас в Эстонии существует множество форм сотрудничества: координация, совещания, встречи советников. Если у президента есть предложения по изменению внешней политики, то это надо делать за столом переговоров, а не через СМИ. Пока таких предложений мы не получали.

- Президент через пару дней пояснил, что он имел в виду. Он бросил камень в ваш огород и огород премьер-министра, отметив, что с ним не общались.

- Мне это кажется даже немного смехотворным. Мы – маленькая страна, у нас одна внешняя политика. Мы обсуждали свою внешнюю политику в Рийгикогу с президентом и без него. Каждый радиослушатель знает, каков курс Эстонии в отношениях с Россией. И это не желание о чем-то договариваться с Путиным, ослабить давление, сказать украинцам поделить свою территорию. Это не какой-то военный фильм, который можно заказать на Netflix, а когда надоест или станет неинтересно, просто заказать следующий. Это реальная война, и речь идет не только о поддержке Украины, но и об амбициях Путина относительно структуры безопасности Европы и в отношении нас самих.

Украинцы все эти четыре года выигрывали время для нас, чтобы Европа могла стать сильнее. Украина со своими возможностями – это будущая большая гарантия безопасности для нас. Так что разговоры о том, что мы якобы не общаемся, извините, не серьезны.

- Вы встречались с президентом Зеленским и министром иностранных дел Андреем Сибигой. Каков их взгляд на нынешнюю ситуацию с суровой зимой и разрушение гражданской инфраструктуры со стороны России?

- Безусловно, это самая тяжелая зима за всю эту долгую войну, но украинцы ее переживут. Мы предоставили свою поддержку, в том числе в сфере энергии, частным лицам, фирмам и государству. Мы открыли там мобильные центры помощи НКО Mondo и Pagulasabi.

Честно говоря, было страшно находиться в микрорайоне размером примерно с три Ласнамяэ, где нет отопления, потому что теплостанция разбомблена. Отопления нет вообще, а электричество подается периодически. Они не знают, сколько замерзших в квартирах.

Наша мобильная палатка предоставляет тепло, воду и электричество. Их будет больше, но ситуация критическая. В то же время сигналы ясны: никто не сломается. Им некуда идти, и никто не пойдет на уступки.

И они видят, что маленький народ Эстонии делает очень много. Я только что был в Житомирской области, где открыли убежище для детей, которые до этого сидели в крошечном подвале для картофеля. А также дом для внутренне перемещенных лиц, где мамы с маленькими детьми, бежавшие от ужасов на фронте, получили теплые комнаты.

Главное послание для нас: продолжайте стоять за нашими спинами, сохраняйте единство Европы, больше давления. 20-й пакет санкций будет готов до 24 февраля. Плюс вопрос о замороженных российских активах, которым Эстония активно занимается.

Мы привыкли видеть в медиа, что где-то идут переговоры и что России уступают. Украина не идет на уступки России в вопросе территориальной целостности. Экономика России страдает из-за давления, она использует резервы, а на фронте прорывов нет.

Я прямо спросил президента Зеленского, что он думает о давлении со стороны США в связи с возможным миром к лету? Он сказал, что не видит, чтобы Путин хотел мира. Путин пришел не только за Украиной, но и за перестройкой европейской архитектуры безопасности.

- Как Украина справляется с такими сигналами со стороны США? Сегодня одни, завтра другие. То склоняются в пользу России, то в пользу Украины.

- Впечатляет то, как Зеленский и его команда выдерживают это давление. Их цель – сохранить вовлеченность США в этот процесс и достичь хотя бы перемирия. Переговорщики со стороны Украины дают понять, что Путин тоже хочет паузы, потому что его силы иссякают.

Но нам следует понимать, что то, о чем говорят, это не мир, это просто передышка. Если он будет на очень плохих условиях, если Украине придется уступить территории, сократить свой военный потенциал, то мы уверены, что Путин нападет снова.

Отдельная тема, вызвавшая интерес, – это инициатива Эстонии на уровне Европы о запрете виз для российских бойцов в Шенгенской зоне. Этот вопрос получил большое внимание и среди украинцев, и они готовы всячески это поддержать. Это сильно ударит по нынешнему контингенту в России: они будут понимать, что если хоть раз окажутся на фронте, то больше никогда не смогут попасть в Европу.

Маленькая Эстония делает много. Мы на виду. Нужно держать единый курс и не спорить между собой внутри страны.

- Если говорить о просьбе украинцев сохранять единство Европы, то как сложно делать это сейчас и что еще может сделать Эстония?

- Это всегда было сложно, но должен признаться, что последний год был чуть проще, потому что не Путин, а президент [США Дональд] Трамп с его сигналами об условности отношений между Европой и США разбудил Европу. Это побудило европейских лидеров больше работать. Например, Германия была довольно пассивной, а теперь она и канцлер [Фридрих] Мерц занимают ведущую позицию во многих вопросах.

Мы можем оказывать больше давления, вводить новые санкции, больше помогать Украине, но главное – видеть Украину как огромный потенциал для нас самих. Нужно интегрировать ее в ЕС, но в этом мы пока не сделали ни шага.

Также нам самим необходимо значительно усилить обороноспособность, ведь планы Путина гораздо шире, чем просто откусить кусок Украины.

- Чтобы прояснить ситуацию: есть ли у вас как у министра иностранных дел план встретиться с президентом Карисом, пока вы находитесь в Эстонии, сесть за стол переговоров и обсудить все?

- У меня нет ничего против, но на самом деле завтра рано утром я отправляюсь в Испанию на двустороннюю встречу, а затем на Мюнхенскую конференцию по безопасности, где соберутся все внешнеполитические лидеры мира. Но я точно не являюсь препятствием для общения.