В интервью изданию Politico Боррель заявил, что все более пересекающиеся роли Европейской комиссии и Европейской службы внешних связей (EEAS) привели к неразберихе во внешней политике сообщества.

"Комиссия не говорит от имени Европейского союза, Комиссия представляет только саму себя", – заявил он.

Эти комментарии стали самым жестким на сегодняшний день публичным осуждением со стороны бывшего главного дипломата ЕС в связи с многолетним институциональным противостоянием, которое продолжается на протяжении всего срока полномочий председателя Комиссии Урсулы фон дер Ляйен.

Хотя нынешние и бывшие чиновники в частных беседах жаловались на то, что Комиссия последовательно расширяет свой дипломатический охват, Боррель – первый бывший верховный представитель, прямо заявивший, что исполнительная власть ЕС перешла установленные для нее законные границы.

Как и у нынешнего верховного представителя по иностранным делам Каи Каллас, у Борреля были разногласия с фон дер Ляйен.

Боррель редко воздерживался от выражения резких позиций. Он был активным критиком Израиля, обвиняя страну в геноциде и проведении крупнейшей этнической чистки со времен окончания Второй мировой войны.

Подход Европейской комиссии к Израилю продолжает вызывать у Борреля недовольство. В качестве примера он привел комиссара по вопросам Средиземноморья Дубравку Шуйцу, которая на прошлой неделе встретилась с израильскими официальными лицами всего через несколько дней после того, как министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар разорвал отношения с Каллас. Причиной стали сообщения о том, что Каллас сравнила действия Израиля в отношении палестинцев с режимом апартеида в Южной Африке.

По словам Борреля, эта ситуация ясно показывает, что Комиссия превышает свои полномочия и "наступает на пятки" Европейской службе внешних связей.

"С какими полномочиями комиссар едет в Израиль, чтобы заявить, что ЕС и Израиль любят друг друга, единодушны и признают роль Израиля в обеспечении мира и стабильности, если в то же время Израиль отказывается общаться с верховным представителем ЕС по иностранным делам?" – задался он вопросом.

Боррель сослался на договор о Европейском союзе, в котором указано, что Комиссия "обеспечивает внешнее представительство Союза", за исключением вопросов "общей внешней политики и политики безопасности".

В его понимании существует четкое различие между внешним измерением политики ЕС, за которое отвечает Комиссия, и внешней политикой ЕС, которая находится в руках столиц государств-членов.

"Конечно, у Комиссии есть политика, которая имеет внешнее измерение, – отметил Боррель. – Но это одно. Совсем другое дело – пытаться формировать и определять позицию Союза по войне против Ирана, по израильско-палестинскому конфликту или по другим ближневосточным кризисам. Это не внешние связи. Это внешняя политика… Если хотят сформировать общую внешнеполитическую позицию, то нужно обращаться в Европейский совет", где внешнеполитическая компетенция принадлежит государствам-членам, добавил он.

Сложные отношения с фон дер Ляйен

Боррель часто сталкивался с критикой в период своей работы на посту главы дипломатии ЕС. Одним из наиболее резонансных эпизодов стал визит в Москву в 2021 году: тогда он оставил без ответа обвинения Сергея Лаврова, назвавшего позицию лидеров ЕС по делу об отравлении Алексея Навального ложью.

У Борреля, как и у Каллас, отношения с фон дер Ляйен зачастую были непростыми. Испанский социалист нередко занимал критическую позицию в отношении Израиля, в то время как глава Еврокомиссии – немецкий консерватор – по мнению критиков, слишком явно склонялась в сторону Тель-Авива.

"Это было непросто, но мы старались справляться", – признал Боррель.

Он напомнил, как в 2021 году фон дер Ляйен и президент США Джо Байден основали Совет по торговле и технологиям ЕС и США.

"С американской стороны его возглавлял госсекретарь [Энтони] Блинкен. С европейской стороны высокого представителя даже не было за столом переговоров", – отметил он.

По оценке Борреля, аналогичное институциональное напряжение сейчас назревает и в оборонной политике.

"Если бы я сегодня был высоким представителем и сидел за столом, где кто-то объявляет о намерении создать Европейский оборонный союз, я чувствовал бы себя немного неловко", – сказал он.

Боррель убежден, что Комиссия превышает свои полномочия и в оборонной сфере, которая, как и внешняя политика, является прерогативой государств-членов.

В 2024 году фон дер Ляйен назначила первого комиссара по вопросам обороны – бывшего премьер-министра Литвы Андрюса Кубилюса. В своем письме о назначении глава Комиссии поставила перед Кубилюсом задачу создать Европейский оборонный союз.

По словам Борреля, это очередное доказательство того, что Комиссия нарастила амбиции быть органом, самостоятельно отвечающим за внешнюю политику и политику безопасности.

Теоретически Кубилюс – "лишь комиссар по оборонной промышленности", что соответствует полномочиям Комиссии, например, в вопросах регулирования рынка. Однако "очевидно, что это не так", заявил Боррель, указывая на задачу Кубилюса по созданию Европейского оборонного союза.

"Это задача, которую учредительный договор возлагает на высокого представителя", – пояснил он, подчеркнув сходство между Европейским оборонным союзом и ОПБО (существующей структурой ЕС по вопросам обороны и кризисного управления).

"Когда начинают выстраивать такую институциональную рамку, конфликт неизбежен", – отметил Боррель, добавив, что систему "нужно сделать понятной".

Правильный подход, по его мнению, заключается в том, что "оборонная политика – это межправительственная политика".

"Потому что такова реальность. Комиссия не может играть роль некоего теневого Пентагона", – сказал он.