- В какой ситуации находится Украина сейчас в контексте мирного процесса и коррупционного скандала?

- Обе эти вещи, безусловно, неудобны для Украины и должны учитываться в переговорах. В контексте коррупционного скандала утверждается, что президент [Украины Владимир] Зеленский отреагировал несколько запоздало, но фактическое решение об отставке [главы Офиса президента Украины Андрея] Ермака все же является позитивным сигналом и показывает, что в Украине действует правовое государство. Скажем так: у Америки не так много рычагов влияния в этом вопросе, чтобы направить мирные переговоры в более выгодное для них русло, потому что весь этот начальный этап переговоров, черновой вариант соглашения были настолько ужасны, что там неизбежно произойдут довольно серьезные изменения.

- Какие изменения там сейчас происходят? Что нам об этом известно?

- Прежде всего, известно, что более сложные моменты, очевидно, отложены на конец [переговоров]. Они еще не обсуждались так много, как об этом пишут в СМИ. Очевидно, Украине легче согласиться с теми пунктами, в которых США хотят вернуть Россию в глобальную экономическую систему или заключить какие-то двусторонние соглашения с Россией. Безусловно, Украине очень сложно согласиться на территориальные уступки, и это совершенно не связано с коррупцией или с тем, является ли Зеленский президентом. Точно так же Украина явно не может согласиться на ограничения своих вооруженных сил и их оснащения.

- Насколько хорошо Украина в настоящее время выдерживает все это давление?

- Я думаю, что довольно хорошо. В этом смысле Украина показала, что она хочет участвовать в этих переговорах. Они выдвинули свои предложения, их представительство на очень высоком уровне. Я полагаю, что именно это они хотят ясно показать администрации президента [США Дональда] Трампа, и что Россия на самом деле не относится к этому процессу с такой серьезностью, как мы и раньше видели в этом году. Такая активная позиция со стороны Украины является очевидной тактикой, которая должна это подчеркнуть, если российская сторона начнет выдвигать дополнительные условия или отклонять предложения.

- Президент США Дональд Трамп уже заявил, что этот коррупционный скандал не очень хорошо сказывается на мирных переговорах. Потерял ли президент Владимир Зеленский доверие в глазах американцев?

- Я бы не стал слишком зацикливаться на том, что Трамп говорит об этом коррупционном скандале, потому что, на мой взгляд, в самой Америке следует гораздо серьезнее присмотреться к делам о коррупции, связанным с ближайшим окружением Трампа. Тот факт, что Зеленский все же решил отреагировать и отстранил Ермака, является явным признаком того, что правовое государство функционирует. В то же время мы можем задаться вопросом о многих подобных ситуациях в Америке. Там функционирование правового государства сейчас все же находится под большим вопросом.

- Но утратил ли Зеленский доверие в какой-то мере?

- Конечно, это пятно на его репутации, но я вижу, что в Украине достаточно людей, которые могли бы заменить Ермака. Зеленский в целом все же пользовался очень большой поддержкой народа, и я не вижу, чтобы в ходе мирных переговоров народ как-то отвернулся от Зеленского. Скорее, в Украине слышны голоса, которых в целом большинство, что этот навязанный мирный договор в его первоначальном виде был бы капитуляцией.

- В кулуарах в то же время говорится, что американцы уже давно хотели избавиться от Андрея Ермака. Это дает Зеленскому некоторое пространство для маневра в этих переговорах?

- Безусловно, Зеленский теперь имеет немного более позитивный имидж среди американцев. Когда это требование выдвигалось ранее, то это было как бы проявлением доброй воли со стороны Зеленского, но мы все же должны учитывать, что требования американцев, касающиеся внутренних дел Украины, очень часто совпадают с требованиями России, и это не самый демократичный подход к этому процессу.

- Чем Ермак мешал той или другой стороне?

- В случае с Ермаком было очевидно, что его власть была очень велика. Он считался вторым человеком во властной иерархии в Украине, но в то же время был самым непопулярным человеком в стране. Его власть основывалась, прежде всего, на том, как он создал свою сеть. Он назначил своих людей на различные должности и, по сути, пытался держать все под своим контролем. Якобы он также пытался мешать коррупционному расследованию до последнего момента, когда, как утверждается, он пытался отстранить главу ведомства, занимавшегося этим расследованием.

- Возвращаясь к мирным переговорам: в воскресенье в США, во Флориде, состоялся очередной раунд переговоров между украинцами и американцами. Что сейчас известно о том, чего там удалось достичь?

- Опять же, об этом не особо много известно или мало что просочилось в прессу. Я думаю, что довольно показательным является тот факт, что в американской делегации, наряду с госсекретарем [Марко Рубио], присутствовали [спецпосланник президента США на Ближнем Востоке Стив] Уиткофф и зять Трампа [Джаред] Кушнер, которые явно представляют те деловые интересы, которые администрация Трампа пытается навязать Украине в ходе этих переговоров. В этом смысле это, безусловно, вредно с точки зрения Украины, поскольку, по сути, Украину пытаются использовать в качестве разменной монеты в отношениях между Россией и США.

- Кому сейчас больше всего нужен мир в Украине?

- Это сложный вопрос, потому что, конечно, больше всего он нужен Украине и украинскому народу, но, судя по тому процессу, в котором мы сейчас находится, кажется, что президент Трамп искренне хочет положить конец этой войне. Проблема, однако, заключается в том, что его не интересуют условия, на которых эта война закончится. Ему нужно поставить очередную галочку в качестве глобального миротворца. Конечно, России тоже очень тяжело, но мы должны понимать, что Россия, или, скажем, [президент РФ Владимир] Путин, не может пойти на это соглашение, не потеряв лицо, по крайней мере в таком виде, что они не смогут получить эти четыре области (Донецкую, Луганскую, Херсонскую и Запорожские области Украины, получения которых требует Россия - ред.) под свой контроль. Напомним, что это фактически вписано в российскую Конституцию, и представить это как победу для Путина будет крайне сложно. Я бы сказал, что Россия крайне нуждается в этом мире, но в то же время для России это, по-видимому, наиболее сложно достичь.

- Почему европейцы все же не смогли обеспечить себе место за столом переговоров? Снова и снова возвращаются к тому, что Европа как бы осталась в стороне. Почему?

- Европейцы должны искать проблему в себе. Это, очевидно, меньше касается нас - стран Балтии и региона Северной Европы, потому что мы являемся одними из крупнейших сторонников Украины, но, конечно, [тут играет роль то,] что Европа продолжает ту же стратегию, которую мы проводим уже несколько лет. Объем и масштаб этой помощи ровно таковы, чтобы Украина не рухнула, но в то же время мы не можем этой помощью дать Украине возможность добиться успеха на поле боя.

Если мы говорим о том, что Европа должна делать иначе, то, очевидно, Европа должна понимать, что Америка явно заинтересована в установлении деловых отношений с Россией, и в этом отношении Европа поддерживает Украину в одиночку. В таком виде это следует быстро осознать и увеличить дополнительные инвестиции, прежде всего в военную промышленность Украины, и, конечно, продолжить развитие очень важных для Европы возможностей. Если мы говорим о замене США, то прежде всего это развитие разведывательных возможностей.

- Почему мы не можем, так сказать, сами заниматься своими делами? Замороженные российские активы - хороший тому пример. Почему мы не можем заниматься этими делами?

- Одной из главных причин, безусловно, являются внутриполитические изменения в разных странах, и если мы посмотрим на страны Западной или Южной Европы, мы увидим, что их бюджеты очень напряженные, и вписать в них какие-то дополнительные инвестиции в Украину или в собственную обороноспособность довольно сложно. Безусловно, здесь также играет роль российская пропаганда. Например, премьер-министр Бельгии даже использовал один из классических пропагандистских нарративов России, заявив, что предоставление Украине замороженных активов сейчас нанесло бы ущерб переговорному процессу. Тот же нарратив мы неоднократно слышали от администрации США.

- Проявляют ли президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен и генеральный секретарь НАТО Марк Рютте чрезмерную осторожность в связи с Украиной?

- Я думаю, что и фон дер Ляйен, и Рютте на самом деле действовали на основе имеющейся информации. Безусловно, они полагали, что можно будет удержать Америку в числе, так сказать, сторонников Украины. Однако я считаю, что давно настало время понять, что, к сожалению, нынешняя администрация Трампа перестала быть сторонником Украины. Если сравнить отношение президента Байдена к Украине с отношением Трампа, то они различаются на 180 градусов.

- Много говорится о гарантиях, которые должны дать Украине различные страны, но есть ли сейчас какая-то новая информация о том, что именно эти гарантии могут собой представлять?

- Информации об этом нет, но можно добавить, что если США потребуют от Украины подписать мирное соглашение до предоставления гарантий безопасности, то это явная ловушка, в которую Украина определенно не должна попадаться. Учитывая скорость, с которой меняются позиции президента Трампа, Украине определенно необходимо получить гарантии безопасности до подписания соглашения.