"Я обнаружил, что некоторые люди иногда воспринимали меня как угрозу - возможно, как агента КаПо или полицейского, или даже как вора, который пытается узнать, что находится в подвале, чтобы это украсть или, наоборот, донести полиции", - вспоминает Франсиско Мартинес начало своего исследования.

44-летнего Мартинеса вполне можно назвать экспертом по настроениям жителей Ида-Вирумаа. Исследованию уезда, который сегодня находится под пристальным вниманием международных СМИ, он посвятил шесть лет и начал свою работу еще до начала войны в Украине - в 2018 году. 

"Я прожил за границей 22 года в разных странах, поэтому мое представление об идентичности и принадлежности довольно сложное. Пытаясь понять людей в Ида-Вирумаа, я на самом деле пытался понять самого себя. В какой-то момент я осознал, что занимаюсь исследованием самого себя, а также человеческой природы. Потому что одна из вещей, которая отличает нас от животных, - это то, что мы используем секреты. Быть человеком - значит иметь какие-то тайны. Именно поэтому мы придумали карманы, шторы, гаражи и так далее - потому что не всё должно быть сказано" - сказал Франсиско.

Будущий антрополог вырос в небольшой горной деревне в провинции Мурсия. В 18 лет поехал учиться журналистике в столицу Испании - Мадрид, после отправился в Португалию изучать экономику, а затем политику и культуру в Россию - там Франсиско 20 лет назад выучил русский. А после Франсиско работал зарубежным корреспондентом в России, Германии, Потругалии, Турции. Но, обстоятельства, понятные каждому тележурналисту, в итоге выстлали для Франсиско путь в науку.

"Я хотел вернуться в академическую среду и уйти из журналистики, потому что условия работы становились всё хуже и хуже. Мне приходилось работать всё больше и больше за всё меньшие деньги. Я не видел в этом особого будущего, и это было очень стрессово. Мне очень повезло получить сначала стипендию в Хельсинки, а затем в Таллиннском университете. Там как раз только открыли программу PhD по антропологии, и там было несколько вдохновляющих коллег. Они предложили мне остаться, пригласили меня продолжить там работу. И, собственно говоря, я стал первым выпускником по антропологии здесь, в Таллиннском университете, который прошел всю программу", - рассказал Франсиско.

14 лет назад Франсиско вместе со своим научным руководителем впервые посетил Ида-Вирумаа, и оказался, по его словам, словно на другой планете. Ландшафты Северо-Востока настолько увлекли антрополога, что он решил погрузиться в собственное исследование региона.

"Конечно, дополнительным преимуществом было и то, что я говорю по-русски с испанским акцентом. Поэтому люди не воспринимали меня как угрозу. Я приходил, разговаривал на своем немного странном русском, без осуждения, с искренним интересом к тому, как они живут, и слушал. Слушал, не осуждая", - поведал Франсиско.

Вот только для того, чтобы постичь загадочный дух региона, Франсиско не просто отправился на улицы Нарвы и Кохтла-Ярве, а начал просить местных жителей показать свои дачи, гаражи и подвалы.

"Я нашел это очень значимым, потому что с самого начала понял: социальные отношения похожи на айсберг - мы видим лишь верхушку чего-то гораздо более глубокого. Чтобы понять сложность региона, я осознал, что нужно обращать внимание на места и уголки, где люди расслабляются, живут по своим правилам, что-то скрывают или, наоборот, могут что-то сказать", - объяснил Франсиско.

Одной из участниц необычного исследования Франсиско стала жительница Нарвы Светлана Иванова, которая познакомилась с испанским антропологом на экскурсии по приграничному городу.

"Он рассказал, что занимается сейчас одним проектом, и ему бы хотелось посмотреть подвал и спросил: "Может быть, вы кого-то посоветуете?" Я говорю - я покажу. Странная просьба будет, конечно, если я скажу: "Покажешь некому испанцу свой подвал?". Это, наверное, было бы странно. Но я так говорила. Люди просто доверяли мне и говорили: "Точно? Нормально все? Да, все в порядке?" - вспоминает Светлана.

И если Светлана пошла навстречу необычной просьбе Франсиско, то некоторые жители Ида-Вирумаа решили оставить тайны своих подвалов при себе.

"Я помню, например, случай с Борисом в Нарве: мы договорились, что я приду посмотреть его подвал. Но за час до встречи он прислал СМС, что вынужден отменить встречу - без каких-либо объяснений. Позже я встретил его в клубе "Ro-Ro", и он рассказал, что к нему на обед пришла мама. Она спросила: "Что ты сегодня делаешь?" Он ответил: "Показываю свой подвал иностранцу, антропологу или кому-то такому". И мать сказала: "Ни в коем случае, я тебе не разрешаю. Ты что, с ума сошел? Ты ведь совсем не знаешь этого человека", - рассказал Франсиско.

"Просто люди очень боятся. Очень часто сейчас, последнее время особенно. Когда иностранные представители, например, СМИ берут интервью, и люди опасаются: "А зачем подвал?" - пояснила Светлана.

"Антропологи ведь и занимаются тем, что рассказывают истории через людей. И мне кажется, что если такой, ну не знаю кто он, но скажем так - человек с иностранным акцентом, выглядящий по-другому, приходит в место, где в повседневной жизни и общении преобладает только русский язык, и пытается спрашивать: "Как у тебя дела?" - это кажется очень подозрительным. Это недоверие, и из-за него может быть сложно вообще получить от людей какие-то ответы. Скажем так, установить с ними контакт довольно трудно. Поэтому я даже восхищаюсь им - он, вероятно, пробовал для этого очень много разных способов", - сказала урбанист и подруга Франсиско Кейти Кляйвин.

Она тоже работала с антропологом в Ида-Вирумаа: вместе они написали статью об эффекте "пустоты" в многоквартирных домах Ида-Вирумаа, иными словами - о домах, где половина квартир оставлены владельцами на произвол судьбы. Как шутит Кейти, коллега-Мартинес гораздо сложнее, чем Мартинес-друг.

"Мы оба по характеру довольно доминирующие и очень целеустремленные люди. Я восхищаюсь стремлением Франсиско, его огромной энергией - тем, как он берется за свои проекты и за действительно сложные темы, которые он решил исследовать. Он умеет доводить дела до конца и проявляет в этом большую силу. У нас были разные взгляды, и мы, безусловно, из тех, кто страстно спорит, но, надеюсь, всегда приходит к какому-то лучшему результату", - сказала Кейти.

В Ида-Вирумаа темперамент и целеустремленность Франсиско, что, называется, сыграли на руку. По словам жительницы Нарвы Светланы, почему-то Мартинес вызвал особенное доверие - тем более, интерес у него был сугубо научный. 

"Я просто открыла свой подвал и говорю: "У меня тут все страшно, и не знаю, что здесь может быть интересного". И он: "Ой, как интересно, как интересно". Я говорю "Ну, может быть, интересна была только эта коробка. Я объяснила, что это посылочный ящик. Пересылали друг другу посылки - родственникам, бабушкам, бабушки нам. Он взял эту коробку, сказал: "Очень интересно", - рассказала Светлана.

Позже эта почтовая посылка стала одним из экспонатов на выставке в Силламяэ под названием "Вещи в темноте", созданной вместе с художниками Анной Шкоденко, Дарьей Пополитовой и Виктором Гуровым. Некоторые артефакты из ида-вируских подвалов до сих пор хранятся у Франсиско дома и, по его словам, они несут большее значение, чем может показаться на первый взгляд.

"Есть часть реальности Ида-Вирумаа, которую невозможно уловить только словами. Я говорю о человеческом опыте - в смысле конкретных предметов, которые можно найти, например, в подвалах. Вот, к примеру, у меня есть такие вещи, как старые кассеты из детства или, скажем, пластинка с Чебурашкой. Иногда просто увидеть это гораздо сильнее, чем любые слова, которыми я могу это описать. Люди в Ида-Вирумаа сохраняют такие предметы, чтобы рассказывать своим детям о мультфильмах, которые они смотрели в детстве, или о том, как менялись технологии, какие происходили технологические трансформации. Ведь не хочется выбрасывать часть своей истории только потому, что в настоящем какие-то категории заставляют эти вещи казаться нежелательными", - сказал Франсиско.

На протяжении шести лет каждый месяц Франсиско ездил в Ида-Вирумаа, посетил 37 подвалов, выслушал истории почти двух сотен людей и недавно опубликовал книгу под названием "The future of hiding", один из фрагментов которой он перевел на русский - чтобы жители Ида-Вирумаа тоже могли прочитать о себе и узнать, какие выводы Франсиско сделал об их жизни в регионе.

"Если вы спросите мое мнение - личное мнение, мою точку зрения, - я думаю, что большинство людей, с которыми я общался в Ида-Вирумаа, считают себя эстонцами, но особого рода. Они хотели бы быть эстонцами, не испытывая стыда за своих предков и за то, что делали их предки. Они хотят быть эстонцами, сохраняя при этом возможность говорить по-русски со своими детьми. Они хотят быть эстонцами как частью более широкого европейского проекта", - объяснил Франсиско.

По словам Франсиско, самоопределение жителей Ида-Вирумаа не заканчивается на границе региона, и они не думают о себе как языковом меньшинстве. Они преданы Эстонии, но порой чувствуют себя нежеланными на родине.

Рассматривать Ида-Вирумаа как единое целое, по словам Мартинеса, не стоит. Он заключил, что Северо-Восток - это своеобразный архипелаг, где ключевую роль играет город рождения. Иными словами - между нарвитянином и жителем Силламяэ - есть определенная разница.

В начале весны Северо-Восток опять появился в заголовках мировых СМИ: в соцсетях распространилась идея о создании так называемой "Нарвской народной республики", и иностранные журналисты в очередной раз начали осаждать жителей города.

"Жители Ида-Вирумаа не контролируют стратегию НАТО и не контролируют пропаганду Кремля. Зато они контролируют то, что говорят и чего не говорят, что показывают о своей идентичности - и что предпочитают не показывать.  Часто их самоощущение строится иначе: прежде всего - "я из своего города", то есть - я нарвитянин или я из Силламяэ, затем "я европеец", и уже потом "я эстонец". Причем "эстонец" в их собственном понимании, которое может отличаться от того, как это представляют медиа или как это формулирует государство, например, через язык", - заявил Франсиско.

По словам Франсиско, чтобы знать ответ на вопрос - следующая ли Нарва или нет, стоит провести в городе чуть больше времени, чем обычно бывает у журналистов. 

"Мировоззрение всех этих людей очень разнообразно. И когда я, например, слышу в международных медиа утверждения о том, что "Нарва - следующая" или что "русское меньшинство не хочет учить эстонский", - они упускают всю сложность ситуации. Прежде всего потому, что они туда не ездят и не разговаривают с людьми. Если они и приезжают в Нарву, то это короткая однодневная поездка: они не остаются на ночь, общаются только с теми людьми, которых им представляют. В результате они упускают всё многообразие и сложность общества", - объяснил Франсиско.

Уроженец Испании Мартинес сейчас работает дистанционно в испанском вузе, но называет своим домом Эстонию - в Таллинне он живет уже 16 лет, его сын говорит по-эстонски. Он преподавал и в Таллиннском университете, и в Эстонской художественной академии. По его словам, государство могло бы преобразовать многообразие в обществе из проблемы в преимущество. Сам же он, сам того не предполагая, сделал свой вклад в жизнь Северо-Востока: дал жителям Ида-Вирумаа голос на страницах своей книги.