Длительный судебный процесс, даже если человек в итоге оказывается в нем победителем, может стать наказанием, особенно в финансовом плане. Взять хотя бы 43-летнюю Мари-Лийс Соэ и 82-летнего Олева Пеэта, которым пришлось судиться с государством.

Оба выиграли в суде, но в обоих случаях суд сократил полагающуюся им компенсацию расходов на юридическую помощь, сообщила выходящая на ETV передача "Очевидец". У обычного человека при этом возникает вопрос: если адвокат выставил счет, человек его оплатил, а теперь суд заявляет, что счет был слишком большим, значит ли это, что человека обманули?

Истории бывшей банковской служащей и признанного специалиста по предотвращению отмывания денег Соэ и живущего в Мийдуранна пенсионера Пеэта в деталях сильно различаются, но оба считают себя жертвами государственной бюрократии.

Они подали в суд на государственный аппарат, с помощью адвокатов добились желаемого результата, но борьба за справедливость дорого им обошлась.

Случай Олева Пеэта

Историю с газопроводом в Мийдуранна "Очевидец" освещал в 2020 году. Корни этой истории уходят во времена Советского Союза, когда работники богатого рыболовецкого колхоза имени Кирова захотели поменять отопление в своих домах с печного на газовое. В итоге колхоз построил трассу буквально за дверями их домов, и местные жители основали газовый кооператив.

Десятилетиями газ поступал в дома без особых проблем, но в 2016 году неожиданно выяснилось, что трубопровод является бесхозным. Ни одна фирма и ни один чиновник ответственность за юридическую странность брать не захотели.

Случай Мари-Лийс Соэ

Если дело Пеэта представляет собой коммунальный спор технического толка, то Мари-Лийс Соэ оказалась замешана в скандале, где на кону стояли ее репутация и карьера.

Соэ была одной из участниц крупного процесса по раскрытию схемы отмывания денег, но позже сама оказалась под ударом. После распада брака ее бывший муж нашел среди ее личных вещей документы, содержащие банковскую тайну, и спустя много лет после скандала передал их властям, которые возбудили против Соэ дело и наказали ее в порядке производства о проступке.

Что произошло дальше?

Историю с газопроводом в Мийдуранна в течение многих лет расследовали несколько учреждений и предприятий, включая поставщика газа, сетевое предприятие и даже Департамент конкуренции. Местных жителей эта ситуация вывела из себя. Во-первых, они десятилетиями исправно оплачивали счета, в том числе сетевую плату. Во-вторых, газовое предприятие предупредило, что если вопрос собственности не будет решен, газ вообще отрубят.

Пеэт взял юридические вопросы на себя, нанял адвоката, в 2021 году от имени жильцов подал в административный суд на Виймсискую волость и выиграл дело.

"Суд первой инстанции постановил, что волость обязана установить владельца. Одним словом, я полностью выиграл! Единственное, что мне не понравилось, – это то, что расходы на юридическую помощь мне компенсировали в очень небольшом объеме", – рассказал Пеэт.

Соэ также наняла адвоката и оспорила в суде наказание, назначенное Финансовой инспекцией. Этой весной спор дошел до Госсуда. И там ее ждал успех. Все суды пришли к выводу, что, во-первых, даже если банковская тайна и была кому-то раскрыта, срок давности всех случаев давно истек, а во-вторых, в отношении Соэ как бывшей банковской служащей вообще нельзя было начинать производство.

"В Госсуде прямо сказали, что дело настолько простое, что они не понимают, как оно могло так долго тянуться. Это как искать очки, когда они на лбу", – сказала Соэ.

Кто оплатит процессуальные расходы?

Так как Соэ и Пеэт одержали в суде полную победу, можно было бы ожидать компенсации судебных издержек, как это обычно бывает в подобных случаях, но не тут-то было.

Согласно материалам суда, час работы нанятого Пеэтом присяжного адвоката Маргуса Лентсиуса стоил 150 евро плюс налог с оборота. С учетом действовавшей тогда 20-процентной ставки налога получается 180 евро в час. Всего Лентсиус потратил на дело о газопроводе 130 часов и выставил Пеэту счета на сумму более 23 000 евро.

По оценке судьи, адвокат явно завысил счета и даже несколько раз запросил оплату за одну и ту же работу. "Суд убежден, что представители Олева Пеэта уже при составлении жалобы понимали суть спора, а возражения ответчика не могли стать для них неожиданностью. Исходя из этого, повторное изучение материалов в объеме, отраженном в представленных суду счетах, нельзя считать обоснованным", – говорится в решении суда. В итоге суд постановил, что адвокат выполнил работу на 6200 евро.

Похожий расчет был произведен и в деле Соэ. Ее адвокат Рандо Майсвеэ брал 273 евро в час. В первом судебном процессе он потратил почти 48 рабочих часов, и Соэ получила счет на 12 600 евро. Суд решил, что дело стоило менее трети этой суммы, поскольку в конечном итоге основную часть работы выполнил сам суд, и присудил Соэ компенсацию в размере 3500 евро.

Во втором деле, которое обошлось Соэ в 8200 евро, уездный суд оценил компенсацию в 1000 евро, поскольку, по оценке суда, речь шла о небольшом и незатейливом деле. В итоге из 25 000 евро, которые Соэ потратила на оба процесса, ей вернули только 4500 евро.

"Я очень разочарована. Мои расходы фактически равны годовой зарплате среднестатистического человека", – сказала она.

"Ну, можно сказать, это практически все сбережения за жизнь. Денег на похороны у меня больше нет. Если гражданин идет в суд добиваться справедливости в споре с государством, суд полностью встает на его сторону, но расходы на адвокатов вешают на него, то это, по-моему, полный абсурд", – заявил Пеэт.

Соэ и Пеэт в недоумении, потому что, с их точки зрения, речь идет не о взятых с потолка цифрах, а о реальных счетах, которые они уже оплатили адвокатским бюро во время производства. Однако теперь суд черным по белому пишет, что эти счета были необоснованными и завышенными.

"Если смотреть досье, только на то, что в досье, то можно и так утверждать. У меня в этом смысле нет никаких претензий к суду. Но я отвечу, что работы было проделано более чем достаточно. Здесь нет никаких фиктивных счетов", – сказал присяжный адвокат Рандо Майсвеэ о выставленных Соэ счетах.

"Там не было ни одного пустого или завышенного часа. Наоборот, счета Олеву Пеэту выставлялись скорее скромные. Это были огромные объемы документов, которые нужно было проработать, собрать дополнительно, плюс составить жалобу. Это значительно превышало объем обычной жалобы, подаваемой в административный суд – значительно!" – заявил присяжный адвокат Маргус Лентсиус.

 Случаи Пеэта и Соэ – лишь два примера, случайно попавшие в поле зрения "Очевидца", однако речь идет о более широком явлении, о котором почти не говорят. Никто не ведет отдельной исчерпывающей статистики, но представители юридической сферы отметили, что сокращение компенсации расходов на юридическую помощь по сравнению с фактическими счетами – скорее правило, чем исключение.

"Вспоминается случай, когда одному коллеге сказали, что все производство в Госсуде стоит 400 евро, включая налог с оборота. Если свести это к часам работы, то получается, что все производство в Госсуде – это два часа", – сказал Лентсиус.

"Мы должны смотреть и на общий уровень в обществе. Адвокат работает два дня, но в некоторых счетах сумма равна месячной зарплате судьи. Я понимаю, что адвокатским бюро нужно содержать офис, секретаря и так далее. Но когда сравниваются два дня работы и целый месяц работы судьи той же квалификации, то жаловаться на слишком маленький адвокатский гонорар нельзя", – заявил государственный судья Иво Пильвинг.

В особенно крупных делах, где производства ведутся годами, а счета адвокатов достигают сотен тысяч евро, суды обычно сокращают адвокатские гонорары на треть, а в некоторых случаях даже наполовину. Хотя были и такие случаи, когда адвокат сознательно завышал число рабочих часов и клиент действительно получал фиктивный счет, по словам Пильвинга, в большинстве случаев речь все же идет о работах, заранее согласованных с клиентом.

"Стоит ли в каждом деле нанимать самого дорогого адвоката, что вовсе не гарантирует лучший результат? Участники процесса имеют на это право, раз это обеспечивает им душевное спокойствие. Но другие участники процесса не обязаны оплачивать эту роскошь – оплачивать поездку на такси, если можно доехать на троллейбусе", – подчеркнул Пильвинг.

Добавлен видеосюжет "Очевидца" на русском языке.